Страдания и 118-й Псалом. Часть 2

Также смотрите первую часть.

prayer
Вторая нить. «Я переживаю трудность, связанную с…»

Возможно, вас удивило название этой статьи: «Страдание и 118-й Псалом». Другие псалмы имеют намного более выраженное минорное звучание. Мы слышим в них голос вопиющей нужды, взывающей о милости, прощении и избавлении от страданий. Напротив, принято считать, что 118-й Псалом призывает к нравственной и интеллектуальной самодисциплине и не имеет отношения к жизненным невзгодам. И снова мы имеем дело с ошибочным мнением. Слова 118-го Псалма рождены в недрах суровой и непрекращающейся борьбы с трудностями. Внутренняя дисциплина сердца и разума формируется не вдали от жизненных бурь и невзгод, а прямо в их гуще.

Тема борьбы с испытаниями «красной нитью» проходит через все двадцать два раздела псалма. В чем псалмопевец видит самую большую трудность, беду, угрозу, опасность и мучение? Я попытаюсь поставить себя на его место и выразить его испытания от первого лица. Во-первых, я вижу нечто ужасное внутри себя. Моя собственная греховность угрожает мне Божьим гневом и возмездием. Во-вторых, на меня обрушиваются страшные беды извне. Грехи других людей и многочисленные бедствия стремятся меня уничтожить. Со мной что-то не так. Что-то не так и с окружающим меня миром. И происходит со мной тоже что-то не то. Каким бы ни был источник моих бед — грех или страдание — мне все время угрожает опасность боли, разрушения, стыда и смерти. Я честно открываю перед Богом мое «двойное» страдание. Я глубоко переживаю реальность внешнего и внутреннего зла, о котором 118-й Псалом учит вас говорить Богу следующее: «Душа моя повержена во прах. Душа моя истаивает от скорби. Истаивают очи мои. Когда Ты утешишь меня?»

Писание использует слово «зло» в том же смысле, в каком мы используем его в английском языке [и в русском тоже. — Ред.]. Оно включает в себя как грехи, так и страдания. Проблема зла атакует меня изнутри и обрушивается на меня извне. Она развращает меня и причиняет мне боль. Так написано об Иове: он «удалялся от зла» (то есть греха), и вместе с тем «зло (то есть страдание) постигло его» (Иов 1:1; 30:26). Еккл. 9:3 так описывает эти два вида зла: «Это-то и худо во всем, что делается под солнцем, что одна участь всем, и сердце сынов человеческих исполнено зла (т. е. греха), и безумие в сердце их, в жизни их (т. е. грех); а после того они отходят к умершим (т. е. страдания)». 118-й Псалом смотрит проблеме «двойного» зла в лицо.

В первую очередь псалмопевец обнаруживает зло в своем собственном сердце. Божье слово проливает свет на его нравственное состояние и просвещает сердце, приводя к глубокому самопознанию. Божий свет просвещает мою тьму. Как мы упомянули выше, поток разговора с Богом в формате «я — Ты» начинается с пятого стиха. И вовсе не случайно, что самый первый стих псалма взывает о помощи. Если блаженство приходит в результате верности Божьим путям, тогда мы должны всем сердцем воскликнуть: «Как мне не постыдиться, глядя на повеления Твои?!» Автор псалма остро ощущает угрозу своей душе со стороны греховных наклонностей своего сердца. «Подводные течения» эмоций в псалме застают нас врасплох, хотя в них нет ничего случайного. Автор шокирует нас, выражая в последней строке первого раздела столь отчаянно вопиющую нужду: «Не оставляй меня насовсем!» Затем он снова шокирует нас эмоциональным заявлением в последней строке всего псалма: «Я заблудился, как овца потерянная».

Действительно, в тексте 118-го Псалма очень трудно выявить структурные закономерности. Но несомненен факт, что расположение 8-го стиха (в конце первого раздела) и 176-го стиха (в конце последнего раздела) призвано подчеркнуть нечто важное. Автор псалма страдает из-за своей греховности и жаждет избавления. Он чувствует потребность вслух заявить о своей духовной борьбе, потому что принимает близко к сердцу заявления, сделанные в самом начале Псалма:

Блаженны непорочные в пути, ходящие в законе Господнем. Блаженны соблюдающие откровения Его, всем сердцем ищущие Его. Они не делают беззакония, ходят путями Его. Ты заповедал повеления Твои хранить твердо.

Пс. 118:1–4

Как часто бывает в жизни, его грехи причиняют ему боль и огорчение, угрожая и внушая страх его душе. Оставит ли меня Бог окончательно и бесповоротно? Уйду ли я от Него безвозвратно? Осудит ли и проклянет ли меня Бог? Останусь ли я в стыде? Сможет ли суета соблазнить меня и полностью завладеть моим вниманием? Согрешу ли я? Забуду ли я Его слово? Овладеет ли моим сердцем беззаконие? Буду ли я выброшен, как изгарь? Поглотит ли меня ужас и отчаяние, навсегда лишив меня радости? Постигнет ли меня проклятие смерти, а не благословение жизни? Эти вопросы не дают покоя псалмопевцу.

Во-вторых, он видит зло, надвигающееся на него извне. Дисциплина пребывания в слове Божьем приводит к обостренной чувствительности, а не к безразличному стоицизму. Божье суверенное правление и обещанная Им благодать обостряют чувство боли, но при этом никогда не доводят нас до самосожаления: «Я мал и презрен. Скорбь и горесть постигли меня. Я стал объектом угнетения и глумления гордых без всякой на то причины. Они преследуют меня. Они cговариваются против меня и сплетают на меня ложь. Я сильно угнетен. Я почти погиб в бедствии моем. Я странник и пришелец на земле. Я провожу ночи без сна. Сколько дней раба твоего? Как долго я смогу все это терпеть?»

Проанализируйте внутреннюю логику переживаний автора. Он должен говорить Богу о своих бедах, потому что Он принимает всерьез Божью милость. «Если Ты обещаешь блаженство, если Ты богат щедротами и даешь жизнь, если вся земля полна Твоей милости, если Ты обнадежил меня Своими обетованиями блага, если Твое лицо сияет на Твоего слугу, если Ты один даешь мне жить в безопасности, если Ты научаешь и оживляешь меня… тогда Ты должен помочь мне в моем бедствии. Я переживаю большие трудности, мучения и опасности. Я не могу с ними справиться. Я в ужасе от того, что мой жизненный опыт настолько противоречит Твоей благости».

Обратите внимание на еще одну закономерность в течении мысли в 118-м Псалме. Первые два раздела и последний раздел не упоминают о страданиях, которые обрушиваются на нас. В них преобладают два главных мотива: нужда в мудрости и ликование радости. Во всех остальных разделах автор так или иначе упоминает о своих «ситуативных» страданиях. Боль и опасность присутствуют в каждой строке, но, что поразительно, никогда не становятся центром внимания. Исключением этому служит середина псалма. В стихах 81–88 автор опускается на самое дно отчаяния. Он живо и выразительно передает свое чувство тревоги, бессилия, уязвимости и немощи. Он совершенно сокрушен всеми своими бедами. В этом разделе наступает настоящий апогей страданий псалмопевца. После этого происходит нечто удивительное: достигнув середины (стихи 89–91), псалом полностью меняет направление. Отчаянная нужда верующего сердца уступает место торжеству упования верующего сердца. В других разделах автор не выбирает одну тему в качестве главной. Обычно его выражения веры похожи на стаккато — поток отрывочных и беспорядочных «скачков» от темы к теме. Однако здесь автор сосредотачивается на одной главной теме, снова и снова заявляя о Божьей стабильности и надежности.

На веки, Господи, слово Твое утверждено на небесах; истина Твоя в род и род. Ты поставил землю, и она стоит. По определениям Твоим все стоит доныне, ибо все служит Тебе.

Пс. 118:89–91

Этот раздел становится новым апогеем — апогеем торжествующей веры, словно восставшей из пепла предшествующих страданий автора. Надежда псалмопевца с абсолютным дерзновением возвышает свой голос из самой глубины его немощи. В середине псалма автор погружается во тьму и вновь выходит на свет. Он подытоживает этот переход словами, перефразированными в названии этой статьи: «Если бы не закон Твой был утешением моим, погиб бы я в бедствии моем» (стих 92).

Бедствия внутри, бедствия снаружи. Эти «двойные бедствия» побуждают голос мужа скорбей возвышать свой голос к Богу. Он на личном опыте пережил нечестие и страдание, терзающие человеческое сердце. Такое реалистичное, предельно честное благочестие разительно отличается от популярных представлений о 118-м Псалме. Призывает ли данный псалом наше сердце стремиться к идеалу ничем не возмутимой, упорядоченной самодисциплины, преданной доктрине и соответствующему образу жизни? Может ли жизнь, посвященная изучению Писания, оградить вас от ужасов греха и страдания? Мы склонны привносить в наше толкование псалма стоицизм и интеллектуализм, совершенно не присущие Писанию. Слово Божье дисциплинирует человека, приучая его не к принужденному спокойствию посреди скорбей, но побуждая его чувствовать и говорить: «Душа моя истаевает от скорби». Для псалмопевца Бог и требования Его закона — живая и отчетливая реальность, которая ведет его к трудному, но честному взгляду на свое сердце и на свою жизненную ситуацию. Не все в мире так, как должно быть. Истина Божья потрясает его до глубины души, производя в нем вполне уместное осознание острой и неотложной нужды в Боге. Как было сказано выше, 118-й Псалом демонстрирует искупление откровенности.

 

Третья нить. «Я нуждаюсь в том, чтобы Ты… и Я молю тебя…»

До сих пор мы смогли услышать две истины. Человек напрямую говорит с Богом о Самом Боге и о своей борьбе со злом. Для него эти две темы совершенно естественно взаимосвязаны. К какому результату это приводит? Псалмопевец обращает к Богу примерно восемьдесят девять дерзновенных прошений. Он просит Его о конкретной помощи. Подумать только! Это поразительный факт. Это неестественный факт.

Во-первых, зададим себе вопрос: как обычно влияют на нас страдания, бедствия, боль и опасности? Мы склонны замыкаться в самих себе. Мы предаемся мрачным размышлениям о том, что с нами происходит. Полная поглощенность собой и своими переживаниями становится нашей вселенной. Физическая боль, причиненная нам несправедливость, страх перед будущим или денежные затруднения — все эти бедствия стремятся полностью завладеть нашим сознанием. В результате мы, сами того не замечая, отворачиваемся от Бога, и иногда даже открыто ополчаемся на Него.

Во-вторых, спросим себя: как влияет на нашу душу грех, духовная слепота, забывчивость и заблуждение? Опять-таки, мы замыкаемся на самих себе, отворачиваясь от Бога и ополчаясь против Него. Даже самые «мелкие грешки», такие как нытье или раздражительность, вычеркивают Господа из событий, происходящих в Его вселенной. Грех ведет к инертности и все большей погруженности в себя (incurvitas in se ‘как говорили древние’).

В-третьих, зададим себе еще один вопрос: каково обычное последствие греха, неудачи, вины и болезненных угрызений совести для человека с функционирующей совестью? Последствие все то же: мы погружаемся в себя. Мы предаемся тягостным размышлениям о содеянном. Мы прячемся от Бога, мы впадаем в отчаяние, мы через силу выдавливаем из себя невнятные извинения, мы с новой решительностью предаем себя самым благим намерениям. Другими словами, столкновение со злом — будь то зло, нам причиненное или нами совершенное — приводит к одиноким монологам в театре нашего собственного разума.

Напротив, 118-й Псалом ведет нас к диалогу в театре Божьей вселенной. Снова и снова мы слышим в нем крик души к Богу, порожденный конкретной нуждой перед лицом страданий и собственных грехов [в следующем разделе статьи «Четвертая нить», мы также услышим возгласы радости. — Авт.].

Трудно найти другой отрывок Писания, в котором бы человек столько просил или просил бы столь искренне и неотступно. Псалмопевец верит Богу на слово и просит у Него того, что тóлько Ему под силу. Чего же он хочет? Как мы могли бы ожидать, Его просьбы точно соответствуют его конкретным трудностям в борьбе с грехом и страданиями. Он хочет милости, во всех смыслах этого слова.

Он молит Бога об избавлении от своих пороков. Ранее мы упоминали о том, как 8-й и 176-й стихи шокируют нас остротой переживаний автора своей собственной греховности. Псалмопевец глубоко скорбит о своих прегрешениях, его душа обнажена перед Богом. О чем же просит Бога человек со столь чувствительной совестью? «Не оставляй меня совсем! Взыщи раба Твоего!» Другими словами: «Не прекращай Свою работу во мне. Не покинь меня. Приди ко мне на помощь. Найди мою душу и спаси ее. Яви мне Свое милосердие». Он дерзновенно просит Бога о помощи.

Он знает, как трудно бывает любить. «Не дай мне отступить от заповедей Твоих».

Автор склонен к ложным увлечениям и дурным наклонностям. «Приклони сердце к откровениям Твоим, а не к корысти».

Его время в Слове легко становится заурядной и монотонной привычкой. Он читает Божьи слова, но не находит Самого Бога. «Открой очи мои, и увижу чудеса закона Твоего».

Автора часто порабощают пустые мирские занятия. «Отврати очи мои, чтобы не видеть суеты».

Грех может легко овладеть его душой. «Не дай овладеть мной никакому беззаконию».

Автор подвержен духовным ошибкам и неудачам. «Поставь меня на стезю заповедей Твоих».

Он знает, что нуждается в милости. «Будь милостив ко мне, по слову Твоему».

Все так просто. Десять раз он просто просит: «Научи меня», девять — «Оживи меня», шесть — «Вразуми меня». В том ли дело, что он не знает, что говорит Бог? Напротив, он знает со всей точностью то, что говорит Бог, и в чем именно он нуждается. Именно потому, что он досконально знает все чудеса Божьих судов, обетований, уставов и повелений, и, с другой стороны, знает свое черствое сердце и отвлекающие маневры своих страданий, он молит Бога учить его и оживлять его. «Я могу читать Слово, я могу его цитировать, но я хочу еще и жить по Слову. Ты должен сделать меня на это способным. Ты должен пробудить меня. Ты должен изменить меня. Ты должен научить меня».

Конечно же, 118-й Псалом молит и об избавлении от мучительных страданий. Как обычно, и здесь псалмопевец не тратит слов впустую. Он не блуждает в тумане пустой религиозной напыщенности. Его слова бьют прямо в цель:

– спаси меня;

– помоги мне;

– избавь меня;

– вступись за меня;

– призри на страдание мое;

– когда Ты утешишь меня?

– когда свершишь суд над гонителями моими?

– не дай гордым угнетать меня;

– пришло время Господу действовать!

Божья любовь приветствует подобные просьбы со стороны Божьих слуг. Вас преследует бедность? Горе о потере близкого человека? Тяжелая болезнь? Предсмертные муки? Несправедливость? Человеческие преследования? Предательство? Бога волнует то, что с нами происходит, и поэтому нуждающиеся грешники взывают к Нему. Почему книги, посвященные теме молитвы, в сравнении выглядят столь приторно-слащавыми? Или слишком лихорадочно возбужденными и оторванными от реальности? Или испорченными чрезмерным акцентом на механике процесса? Или напичканными ложными обещаниями, ложными ожиданиями, искаженными представлениями о Боге, о нас самих и о наших обстоятельствах? Почему они звучат столь «религиозно», тогда как голос псалмопевца звучит столь жизненно? С каких пор «молитва» превратилась в некое сложное действо, в протокол с четким перечнем шагов и правильных слов, в особо возвышенное состояние сознания или в суеверный магический ритуал, в одну из форм лицемерия, в способ склонить Бога на свою сторону ради личной выгоды, или во все вышеперечисленное одновременно? «Научи меня. Оживи меня. Измени меня. Время Господу действовать!»

Великий Августин, кротчайший из людей, написал комментарии на Книгу псалмов. В процессе работы он все время откладывал 118-й Псалом на потом. Дошло до того, что его друзья заставили его все-таки написать комментарий на этот псалом. Несмотря на кажущуюся простоту стиля и содержания, Августин считал 118-й Псалом слишком глубоким для комментариев: «Его мысль все время оказывалась выше моих интеллектуальных сил и ускользала от моих способностей». Вместе с тем Августин оказался способен воплощать в своей жизни слова, которые не мог до конца постичь разумом. Именно потому он научился говорить: «Даруй, что повелеваешь, Господи, и повелевай, что желаешь». Божьи слова говорят нам, во что нам верить, кому доверять, в чем нуждаться и как поступать — и нам нужно, чтобы Сам Бог сделал это реальностью в нашей жизни. Безусловно, именно благодаря 118-му Псалму Августин научился той откровенности в личной беседе с Богом, которая столь характерна для его «Исповеди». Эта откровенность беспрецедентна, она неповторима, и к ней мы все должны стремиться. 118-й Псалом являет собой пример «взрослых» отношений с Богом, выраженных сердцем и устами ребенка.

 

Четвертая нить. «Я посвящаю себя…»

Мы уже успели увидеть в псалме три направления мысли: «Ты (есть)… Я переживаю… Я прошу…» Теперь мы поговорим о четвертом: «На сем стою». В 118-м Псалме мы находим множество решительных и бескомпромиссных заявлений веры.

Псалмопевец без стеснений исповедует свои убеждения. Он смело свидетельствует о своих сердечных намерениях. Он знает, кто он, и кому он принадлежит. Он провозглашает себя сыном света. Он познал свет. Он жаждет света. Он никогда не забудет о свете. Его цель — служение свету:

– я — Твой;

– я — раб Твой;

– удел мой — соблюдать слова Твои;

– в сердце моем сокрыл я слово Твое;

– ныне слово Твое храню;

– раб Твой размышляет об уставах Твоих;

– буду хранить уставы Твои;

– прилепился к откровениям Твоим;

– душа моя хранит откровения Твои;

– совершал суд и правду;

– избрал путь правды;

– не уклонился от закона Твоего;

– от всякого злого пути удерживаю ноги мои;

– уповаю на спасение Твое, Господи;

– заповедям Твоим верую;

– повеления Твои храню;

– не забывал закона Твоего;

– повелений Твоих не забываю;

– буду хранить слово Твое;

– вовек не забуду повелений Твоих.

Одна из сладчайших истин христианской жизни заключается в том, что мы можем от всего сердца сказать в одном предложении следующее: «Господи, ты взыскиваешь меня и являешь мне милость, потому что Ты благ [первая нить]; Я заблудился, как овца потерянная [вторая нить]; взыщи раба Твоего [третья нить]; Я не забываю Твоих повелений [четвертая нить]». Сладчайшая реальность, присущая психологии живой веры, непротиворечиво объединяет в себе одновременное осознание Божьей благодати, неотступных преследований со стороны зла, глубочайшей нужды в Боге и внутреннего света. Фразы «Ты милостив», «я — первый из грешников», «мне больно», «помилуй меня!» и «я Твой!» прекрасно гармонируют друг с другом.

Наконец, псалмопевец, с присущей ему честностью, громко восклицает от радости. В процессе живой беседы псалма он получает многое из того, о чем просит. Он вкушает благость даров, о которых он молит Бога. 118-й Псалом — настоящий пир духовных наслаждений: в нем есть радость, глубоко укорененная в Боге, четкое осознание Божьего водительства и полное блаженство. Автор переживает внутреннее действие благодати, которая изменила его, продолжает менять его и однажды изменит его полностью и в совершенстве. Он вкушает блаженство веры, действующей любовью. Он переживает Божье утешение и защиту посреди своих бедствий. У него есть реальное ощущение того, как Божьи благие цели осуществляются в реальном времени, даже в долине смертной тени. «Двойная» скорбь о зле повлекла его в отчаянной нужде к Господу. «Двойное» переживание Божьего блага стало источником его неиссякаемой радости. Около 40 раз по ходу псалма автор выражает радость, восторг, любовь, благодарит, восхищается и воспевает хвалу! Человек, живущий Божьим словом, чувствует и говорит следующее:

– радуюсь Твоему слову, как получивший великую прибыль;

– люблю откровения Твои крепко;

– люблю заповеди Твои более золота, и золота чистого;

– слова Твои лучше меда устам моим;

– откровения Твои — веселие сердца моего;

– закон Твой — утешение мое;

– уставы Твои были песнями моими;

– в полночь вставал славословить Тебя;

– не сплю ночью, чтобы размышлять над словом Твоим;

– вижу чудеса в Твоем законе, потому что я вижу Тебя.

Все, Тобою сотворенное, все заповеди, все обетования, все истории о Твоих путях, все события истории… все являет Тебя — мою радость, мою надежду и источник моего блаженства. Ты — моя высочайшая хвала, моя глубочайшая и неискоренимая радость.

 

А что почерпнете в 118-м Псалме вы?

Как мы уже говорили, 118-й Псалом похож на огромный зал, переполненный людьми. Но он щедро наградит всякого, кто приложит усилие и присядет, чтобы один на один поговорить с одним из гостей. Хочу привести всего один пример личного применения псалма. В этом примере нет ничего выдающегося. Речь пойдет о проблеме, о которой мы редко серьезно задумываемся. Мы просто смиряемся с ней. Мы решаем ее только с помощью лекарств. Мы не верим, что Бога волнует эта проблема достаточно, чтобы что-то предпринять. Как вы справляетесь с бессонницей? Вы лежите в кровати ночью, и вам не спится. Куда в это время устремляется ваш разум? Что вы чувствуете? Что вы предпринимаете? Любопытно, что 118-й Псалом упоминает ночное бодрствование целых четыре раза.

Ночью вспоминал я слово Твое, Господи, и хранил закон Твой. <…> В полночь вставал славословить Тебя за праведные суды Твои. <…> Предваряю рассвет и взываю, на слово Твое уповаю. <…> Очи мои предваряют утреннюю стражу, чтобы мне углубляться в Слово Твое.

Стихи 55, 62, 147 и 148

Бессонная ночь — страдание из разряда не самых мучительных. И все же бессонница утомительна. Она не уничтожает нас за одну ночь, но медленно и неуклонно подтачивает наши силы. Бессонница изнуряет — это очевидный факт.

Теперь перейдем к менее очевидным фактам. О чем думаете вы, когда не можете заснуть?

Устремляется ли ваш разум к завтрашнему дню? Составляете ли вы в мыслях список дел, пытаясь не забыть ничего важного? Репетируете ли вы проблемы, которые могут возникнуть, пытаясь заранее их решить?

Устремляется ли ваш разум к дню вчерашнему, снова и снова сожалея об ошибках и неудачах? Или же вы заново «прокручиваете» в голове горькое и обидное «видео» совершённой против вас несправедливости?

Убегает ли ваш разум от реальности, обращаясь к приятным фантазиям? Предаетесь ли вы своим хобби, безнравственным увлечениям, мечтам о спортивных достижениях, ближайшем отпуске и тому подобному?

Даете ли вы волю беспокойству в эти бесконечные ночные часы? Пускаетесь ли вы в путь по замкнутому кругу, переживая о деньгах, детях, террористах, безбрачии, проблемах в церкви, болезнях, одиночестве — обо всем вышеперечисленном и еще о многом другом?

Погружаетесь ли вы в трясину депрессии и пассивной покорности судьбе? Пытаетесь ли вы просто, сцепив зубы и обреченно ворочаясь с боку на бок, стоически «отбыть» длинные ночные часы, ни о чем не думая и ничего не чувствуя?

Возлагаете ли вы все свои надежды на то, что поможет вам заснуть? Что становится вашим спасительным эликсиром? Стакан теплого молока? Спокойная музыка? Снотворное? Чтение скучной книги? Избежание всевозможных стимуляторов? Сосредоточены ли ваши молитвы всецело на вашем желании заснуть? Сделали ли вы Пс. 126:2 девизом вашей жизни?

Говорит ли 118-й Псалом обо всех этих излюбленных местах пребывания нашего сердца? Не только говорит, но изменяет каждое из них. Чем бы ни была для нас бессонница — часами монотонной скуки или необузданным беснованием разума — ее характеризует прежде всего безбожие. 118-й Псалом описывает часы и минуты жизни, наполненные Богом. Он не обещает нам сон (хотя сон и отдых — благой и желанный дар). Он обещает преобразить нашу бессонницу.

Приведу личный пример. До начала 90-х я почти не страдал бессонницей. Затем я начал каждый год летать в Корею, где мои биологические часы отказывались привыкать к другому часовому поясу. Мой рабочий день в Корее начинался с завтрака и заканчивался длинными разговорами поздним вечером. Я падал на кровать в полном изнеможении в 11 часов ночи и засыпал, но к половине второго ночи я просыпался и не мог заснуть до шести утра. В шесть утра мне нужно было вставать, чтобы пережить очередной длинный день служения. Моей инстинктивной реакцией на бессонницу было мысленное составление списка дел служения на завтрашний день. (Да, я понимаю, что полвторого ночи — это уже не завтра, а сегодня, но бессонной ночью эту реальность признавать ох как не хочется). Всю ночь я обреченно ворочался с боку на бок, пока не наступало утро. Кроме того, эти долгие ночные часы были омрачены ропотом («Почему я?», «Почему сейчас?», «Почему именно бессонница?») и страхами («Как я смогу справиться со всеми своими обязанностями, находясь в таком изнеможении?»). Я ненавидел свою бессонницу.

Так случилось, что во время третьей поездки в Корею в самолете я прочитал 118-й Псалом. Меня поразил 148-й стих. Я словно впервые прочитал его (это частое явление во время чтения этого псалма). «Очи мои предваряют утреннюю стражу, чтобы мне углубляться в Слово Твое». Возможно ли это, чтобы я ждал очередную бессонную ночь не с ужасом, а с радостным предвкушением? Бог оказался верен Своему слову. В первую ночь я проснулся в обычное время, как по команде, но мои переживания были другими. Я мысленно процитировал Пс. 22, Числ. 6:24–26, Нагорную проповедь, Пс. 130 и все, что мог вспомнить из Послания к ефесянам и 1-го Послания Иоанна. Как мы говорили выше, 118-й Псалом словно открывает двери в другие места Писания. Старые знакомые стали близкими друзьями. Ночи напролет я вспоминал, размышлял, молился, доверял, любил и наслаждался — и иногда даже спал. Безусловно, днем меня все равно одолевала страшная усталость. Вера это не волшебная палочка. И я не испытывал особого наслаждения от самого факта бессонницы. Если бы у меня был выбор, я бы, не раздумывая, выбрал сон. В конце концов, бессонница — это одна из форм страдания. Но мое переживание бессонницы совершенно изменилось.

Я усвоил урок, и я не забывал его во время нескольких последующих поездок. Потом наступил момент, когда этот урок пригодился мне на намного более глубоком уровне. После операции на сердце в 2000-м году ночная бессонница стала моим неизменным спутником на очень долгое время. Опять-таки, если бы у меня был выбор, я бы предпочел сон. Но в этой ночной тьме я был любим Богом и отвечал Ему любовью. Только представьте: даже во время бессонницы — «Ты Пастырь мой. Я ни в чем не буду нуждаться. Ты покоишь меня на злачных пажитях. Ты водишь меня к водам тихим. Ты оживляешь душу мою. Ты направляешь меня на стези правды ради имени Твоего. Даже если я пойду долиною смертной тени, не убоюсь зла, потому что Ты со мною… Так, милость и благость да сопровождают меня во все дни жизни моей». Такие слова способны кардинально преобразить любую бессонницу.

А что скажете вы? В каких сферах и ситуациях вам нужно ближе подружиться с 118-м Псалмом? В горниле бессонных ночей, когда разум уходит не туда, куда нужно? «Очи мои предваряют утреннюю стражу».

Восстает ли в вашем сердце против любви к Богу какая-нибудь назойливая твердыня, регулярно подрывая вашу духовную жизнь, — беспокойство, страхи, похоть, обида, ложь, отчаяние, откладывание на потом? В какой сфере вам нужна «взрослая помощь», а не благие намерения и поверхностные ответы? «Я — Твой. Спаси меня, научи меня». Преследует ли вас невыносимое и неотступное страдание? Стали ли вы жертвой предательства? Зашли ли ваши взаимоотношения с кем-то в неразрешимый тупик? Мучает ли вас тяжелая неизлечимая болезнь? Приближаетесь ли вы к смерти? Переживает ли ваш ребенок особые трудности? Ушел ли он от Бога и от вас? «Если бы не закон Твой был утешением моим, погиб бы я в бедствии моем».

Возможно, Бог просто хочет, чтобы ваша радость в Нем стала более осознанной и очевидной. Возможно, Бог просто хочет, чтобы ваше исповедание веры стало более отчетливым и конкретным. Обычно наше исповедание веры начинается со слов: «Верую в Бога Отца Всемогущего, Творца неба и земли…» Такое формальное исповедание должно перерасти в истинное исповедание живой веры: «Ты мой Отец. Ты основал землю. Все служит тебе». 118-й Псалом учит нас выражаться именно такими словами. «Твои откровения… — веселие сердца моего».

Перечитайте 118-й Псалом самостоятельно, возможно, вооружившись разноцветными маркерами для работы с текстом. Постарайтесь услышать слова псалмопевца о Боге. Обратите внимание на трудности, которые одолевают его снаружи и изнутри. Услышьте искренний голос его нужды. Прислушайтесь к горячим словам убежденности и восторга. Перечитайте еще раз эту статью. В каждом разделе вы найдете одного из «приглашенных гостей». Выберите одно утверждение о Боге, которое вам нужно повторять. Выберите в псалме одну трудность в борьбе с внутренним злом или «внешнее» страдание, которые больше всего перекликаются с вашими переживаниями. (Стоит отметить, что в большинстве случаев грех и страдание в нашей жизни идут рука об руку. Это неотъемлемая реальность Божьей работы в нашей жизни, и она прекрасно отражена во внутренней логике 118-го Псалма.) Выберите одну просьбу, которая совпадает с тем, чего вы хотите сейчас от Бога. Выберите одно исповедание восторга, которое говорит о том, кем вы стали во Христе, пускай пока и частично, и кем вы жаждете когда-то стать во всей полноте.

118-й Псалом — крайне «индивидуальный» псалом. В нем мы слышим голос веры конкретного человека, выраженный в первом лице и единственном числе. Но переживания, нужды и утверждения одного человека всегда перекликаются с переживаниями, нуждами и утверждениями каждого из нас. Когда вера действует любовью, личная вера отдельного человека становится ответом на вопросы всего человечества. «Открой очи наши, Господи, и увидим чудеса во всем том, что Ты сказал нам!»

Оригинал © Christian Counseling & Educational Foundation, перевод © Инна Гирман, корректура © Help for Hear†.

Также смотрите первую часть.

Print Friendly, PDF & Email
Дэвид Паулисон

Об авторе Дэвид Паулисон

Магистр пасторского служения (M. Div.), доктор философии (Ph. D.), редактор «Журнала по библейскому душепопечению» (The Journal of Biblical Counseling), консультант и преподаватель в школе библейского душепопечения «Фонда христианского душепопечения и образования» (Christian Counseling and Educational Foundation [CCEF]), а также преподаватель практического богословия в Вестминстерской богословской семинарии.
Запись опубликована в рубрике Душепопечение. Добавьте в закладки постоянную ссылку.

Добавить комментарий

Войти с помощью: 

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *